Строительство храма — забота священника или дело всей общины?

Горловская и Славянская епархия 07.11.2019

У многих людей, приходящих в православный храм, есть твёрдое убеждение, что Церковь обязана создать им максимально комфортные условия для пребывания в нём. Храм должен быть возведён в удобном месте, там должно быть тепло, светло, недорого, понятно, тихо — список можно продолжать очень долго. Сами эти люди, как правило, не имеют отношения к жизни прихода, не в курсе проблем, которые решают настоятель и община. Мы решили разобраться, кто ответственен за строительство и благоустройство храма — священник или верующие? Вопрос вызвал живой отклик у духовенства нашей епархии.

Наш храм строили всей общиной

Протоиерей Константин Лисняк, благочинный Соледарского округа, строит Преображенский храм в Соледаре:

Строительство храма диктуют обстоятельства. Есть православные люди, им надо собираться для молитвы и совершения богослужения. Значит, на ком лежит ответственность за строительство храма? — на них. Они смотрят, где можно строить или какое здание приспособить, собирают средства — надо и документы оформлять на строительство, и стройматериалы приобретать, и рабочим зарплату платить, это множество звеньев одной цепи.

Нам помогали два градообразующих предприятия и все прихожане. У нас есть строительная касса, куда вносятся пожертвования — причём не только прихожан, но и нецерковных людей, которые хотят проявить участие и помочь нам. На эти деньги мы и строим. У нас есть счёт, открытый на юридическое лицо — приходскую общину. То есть наш храм строит не какой-то добрый дядя-миллионер, который потом может сказать: «Это всё моё, кому хочу — тому и отдаю», — а церковная община. К слову, у нас есть не только строительная, но и больничная касса, что тоже очень хорошо работает: мы несколько раз жизнь спасали своим прихожанам, когда надо было срочно собрать сумму, неподъёмную для семьи больного.

Общее дело — это колоссальный объединяющий фактор для прихожан и замечательное духовное упражнение, формирующий полезные духовные навыки. Сплочённости способствует общая молитва. Мы читаем Псалтирь — прихожане приходят в храм и по очереди читают. Также каждый вечер в 21:00 мы молимся по соглашению о прекращении войны на Донбассе и о строительстве нашего храма. Знаю, что не все принимают такую практику, но мне она кажется хорошей: вместе выходить в «молитвенный эфир» могут только неравнодушные люди. В храме мы каждую литургию также молимся о строительстве храма.

Помощь спонсоров и неравнодушных людей даёт тот финансовый минимум, который позволяет двигаться вперёд. Да, строительство идёт долго — у нас закладка камня была в 2008 году, а строительство интенсивными темпами началось в 2009-м. Десять лет мы трудились, и вот 26 октября этого года, в день прославления Иверской иконы Божией Матери, в новом храме впервые была совершена литургия. Иконостаса пока ещё нет, на это предстоит изыскивать средства, зато есть престол, жертвенник, тёплый пол, паникадило и бра, центральное крыльцо, триста квадратов тротуарной плитки, проведены отделочные работы, оборудована новая котельная. Это всё очень большие деньги, для прихода неподъёмные, но когда люди видят, что средства идут не в чей-то карман, а на конкретные нужды, дело идёт намного бодрее. Я обращался за помощью к жителям города, на предприятия. Например, мы собирали деньги на колокола. Ещё до войны это стоило 85 тысяч гривен — сумма для нас фантастическая, и тем не менее, уже оборудована новая колокольня.

С людьми надо разговаривать, обязательно благодарить. У нас почему-то слабо развита эта добродетель. Мы всё Бога благодарим, и это правильно, потому что всё от Него, но и человеку доброе слово сказать тоже очень важно. Я отчитываюсь перед прихожанами о тратах и выполненных работах. В воскресенье, когда мы все вместе помолились и причастились, в конце службы я коротким блоком рассказываю, что сделано, сколько собрали, на что потратили. Людям интересно, они с большим вниманием слушают, проявляют участие. Бывает, что и со стороны приходят послушать.

Священник — фигура у нас незащищённая. Постоянно к нему какие-то претензии: если строит храм — значит, не так как надо, не строит — вообще преступление. А ведь священника для других целей рукополагают, его дело — совершать литургию, приобщать людей к Евхаристии, говорить о Христе. У нас же батюшка похож на бойца спецназа, заброшенного в тыл врага. Жизнь строится по принципу «сам читаю, сам пою, сам кадило подаю»: на нём и службы, и строительство храма, и огород, и семья, и трактор найти, и требы совершить. Мне кажется, что взваливать строительство храма только на священника так же неправильно, как и на богатого дядю. Священник — всего-навсего человек. Да, у него есть благодать священства, но и немощи есть, и силы не бесконечные.

Что касается нашего храма — очень жаль, что некоторые люди не дождались первой литургии в нём. Всегда хотелось, чтобы как можно быстрее наши прихожане порадовались возможности молиться здесь. К счастью, уже есть и первые желающие повенчаться у нас. Это большая радость.

 

Нужно переформатировать сознание

Протоиерей Владимир Шутов, настоятель храма Святых царственных мучеников с. Александро-Калиново:

Я считаю, что строительство храма — это дело каждого верующего человека, будь то священник, диакон или мирянин. Мы все — члены Церкви. Христиане собираются вокруг прихода, поэтому дело его строительства, содержания, хозяйственных нужд — забота каждого прихожанина. Это крайне важно сейчас, в эпоху потребления. Иногда доводится слышать: «А почему я должен помогать Церкви?» Такое отношение приводит к тому, что Церковь существует сама по себе, а верующий человек — сам по себе. Но мы все находимся внутри Церкви — этого мистического Тела Христова, мы его члены, и каждый из нас должен делать для неё что-то по своим силам.

Часто случается, что всё — начиная от уборки храма после литургии и заканчивая более глобальными задачами — возложено на священника и нескольких людей, которые пытаются ему помочь. Правильное отношение к храму нужно воспитывать, об этом надо говорить — тогда мы сможем реализовывать все поставленные перед нами задачи в сфере миссионерской работы, работы с молодёжью и так далее. Это будет возможно, когда будут живые приходы, состоящие из деятельных прихожан, которые понимают, что в воскресенье нужно остаться после литургии, обсудить и решить какие-то насущные вопросы. Одни уберут храм, другие позаботятся о его охране в ночное время, третьи продумают вопрос об отоплении, составят бюджет. Это дело всех членов общины.

Как только человек ощущает себя членом Церкви, он берёт на себя определённые обязанности по мере своих сил. Кто-то может пожертвовать материальные средства, на которые купят для храма уголь. У другого такой возможности нет, но он может нарубить дрова, чтобы протопить печку в храме перед богослужением. Кто-то напечатает расписание служб, кто-то проведёт работу с детьми — нужно просто подумать, что вы можете сделать для прихода.

Именно так я старался всё организовать с того момента, как приехал на приход. Мне очень повезло, что у нас собрались люди, с которыми можно было работать. Храма тогда ещё не было, но они сами организовались и сделали всё, чтобы его открыть. Активных людей было немного, но они были. В течение пятнадцати лет мы постоянно говорим о важности неравнодушия. У нас есть чёткое понимание, кто такой член приходского собрания, член приходского совета, кто имеет право голоса в храме. Сейчас ведь есть такая проблема, когда приходят неизвестные люди в храм и говорят: «Это моя церковь!» — пытаясь перевести его в другой патриархат.

Мы постоянно занимаемся просветительской деятельностью, объясняя людям, как и чем живёт приход. Пытаемся донести, что средства не поступают «откуда-то»: из епархии, митрополии, Брюсселя или Вашингтона, что приход — это наша забота. Вот уже двенадцать лет мы переформатируем сознание прихожан, объясняя это. Многие предпочитают поехать в город, поставить свечку и уехать, им не надо переживать за храм. Что ж, каждому своё...

Читать полностью

Поделиться ссылкой:

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.